Карклинс, Расма. Система в ответе за это: коррупция в посткоммунистических странах

ПОЛИТИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ 129 для руководителя» 36 . Такая практика поразительно схожа с тем, что в недавних исследованиях посткоммунистической коррупции было названо захватом государства. Имеют значение качества и характер элиты, унаследованной посткоммунистическими системами. Когда речь идет о последних стадиях существования советского государства, Кен Джоувит (Кеп Jowitt) говорит о прогрессивной коррупции коммунистических кадров и их преобразования в патронов традиционного типа, которые получали дань от подвластных отделов и подчинили интересы постов, которые они занимали, личным и особым интересам. Это преобразование не ограничивалось небольшим количеством кадров, а к 80-м годам охватило всю партию. Короче говоря, последний советский режим был системой, где у власти находилась единая своекорыстная элита с коррумпированным в организационном плане статусом» 37 . Ее ранние формы диагностировали, среди прочих, Милован Джилас (Milovan Kjilas) и Майкл Восленски (Michael Voslensky) 38 . Джилас был одним из первых, кто распознал в бесклассовых, как это предполагалось, коммунистических обществах появление привилегированного «нового класса». В Польше такое противоречие идеологическим требованиям, а также бросающаяся в глаза роскошь, в которой жили многие коррумпированные чиновники на фоне страданий бедного населения, было основной причиной протестов под руководством «Солидарности» и окончательной смены режима 39 . Уиллертон написал свое исследование о патронаже в последний период эпохи Горбачева. Он приходит к выводу, что нормализовать государственную службу можно было только с основательной пере стройкой советской системы и установлением новых правил поведения элиты. Понятия государственной подотчетности должны были бы стать приоритетными, иначе неофициальные механизмы влияния продолжали бы выстраивать взаимоотношения элиты 40 . Эго замечание все еще было уместным в течение 1990-х. Изменение режима и приватизация Как только коммунистические системы начали изменяться, появились новые условия для коррупции. В начале 1988-го года